Laiveko.ru

Медицина и здоровье
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Страхи художников, и что с ними делать. Часть 1

Страхи художников, и что с ними делать. Часть 1

Мы взяли интервью у Светланы Дремовой, психолога и гештальттерапевта из Москвы (diary, инстаграм), и поговорили о страхах и сомнениях художников.

Мне 37 лет, и я несколько раз меняла сферу деятельности и окружение. Психология — моё второе образование, а первое было давно и математическое. Во взрослом возрасте я училась рисованию в частной художественной школе, затем преподавала взрослым же людям основы рисунка. Сейчас я веду частную практику как психолог. То есть встречаюсь с людьми и в течение часа беседую с ними на интересующие их темы.

CG LAB: Огромная конкуренция в художественной сфере рано или поздно подводит любого художника к вопросу «Насколько я хуже других?» Это распространённая проблема, бояться быть хуже кого-то?

Светлана: Давайте конкретизируем, что же означает страх быть хуже других. Я бы задала начинающему художнику такой вопрос: «Что самое страшное может случиться в связи с тем, что вы решили учиться рисовать?» И сразу в сознании промелькнёт пугающая картинка.
Картинки для каждого разные. Но думаю, что пугают себя той или иной картинкой люди часто. Начало — трепетный и сложный период.
Помимо указания на страх, в вашем определении есть другие. Так кто они, эти тревожащие другие? Ваши переживания же не связаны со всеми подряд людьми, которые взяли в руку карандаш. Давайте и тут внесём ясность.
Может, это какие-то конкретные коллеги-рисовальщики? И в тот момент, когда вы думаете об этом, вы видите конкретных людей в своём воображении. Если так, то вы находитесь с ними в непростых отношениях, которые можно анализировать.

Но, а если никого конкретного нет? Это может быть ещё тревожнее. Это неизвестные люди, но в ключевой момент они появятся на сцене. И это появление каким-то образом (каким?), сделает вам плохо (что будет собой представлять это «плохо»?).
Кроме того, в вашей фразе содержится оценка «я оказываюсь хуже других». Если есть оценка, значит, есть ещё один другой — тот, кто оценивает. Известны ли вам критерии, по которым он судит? Как вы воспринимаете эти критерии? То есть, видите ли вы, что вас судят по конкретным навыкам, или же относите всё к таланту и личной состоятельности?
Талант и человеческую состоятельность нельзя объективно измерить. В большинстве случаев о вас, как о художнике, судят по конкретным навыкам. Которые в вас видит или не видит «судья». В случае сотрудничества это владение определённой техникой изображения, понимание задачи (она должно не просто быть, а совпадать с пониманием того, кто ставит задачу). В сообществах, где художники просто делятся своими работами, оценка отражает настроение зрителя или же его желание рисовать в похожей технике. Что опять же имеет отношение к вам как к «хорошему» или «недостаточно хорошему» художнику довольно-таки косвенное.

В самой формулировке «страх быть хуже», которую вы мне предложили, уже присутствует глобальность и размытость оценки. Мысль «я хуже других» приводит к переживанию растерянности и подавленности. Но эту мысль человек сам допускает, именно в такой жесткой форме, которую невозможно ни доказать, ни опровергнуть. А это значит, можно заниматься переформулированием оценки своего мастерства так, чтобы это было переживаемо. И чтобы с этим можно было что-то реальное сделать.
Скажем, если человек занял пятое место на конкурсе акварелистов, где любят закаты и цветы, где судействуют художники, предпочтения которых известны, то можно посмотреть на свою работу их глазами и понять, по каким критериям она оказалась хуже. А потом решить, надо ли вам бороться за то, чтобы подняться в этом рейтинге повыше.

Если же мы начинаем мучать себя обобщёнными, размытыми, не основанными на конкретных фактах суждениями, например: «со мной что-то не так», «наверное, у меня руки кривые», «я никогда ничего не достигну», то это проблема именно психологическая. То есть, проблема отношений с самим собой. Такие формулировки не приведут ни к чему, кроме усиления подавленности. Что, в свою очередь, снижает качество творческих работ из-за того, что силы уходят не туда. Вы становитесь сверхсосредоточенными на идее своей состоятельности, а не на своем произведении. А это влияет как на его качество, так и на получение удовольствия от процесса создания. Замечайте за собой привычку к самоагрессии в те моменты, когда вы занимаетесь этим.
Мы не можем повлиять на то, как нас примут в конкретном сообществе, но мы можем выбирать, на что нам направить свои силы. Например, исследовать критерии, по которым вас сочтут «хорошим» в сообществе, в которое хочется попасть. Или же, наоборот, закрыть глаза на то, куда вы пытаетесь вписаться и какие там правила игры. И душить себя бесконечным «я должен стать идеальным, чтобы нравиться всем», «да что со мной не так» и тому подобное.

CG LAB: Почему нам так важно мнение со стороны?

Светлана: Не всегда важно. Как правило, мнение со стороны становится важным, когда мы в чём-то не до конца уверены. Когда какая-то наша часть вызрела, но она ещё очень хрупкая, как росток, который тянется к солнцу. И тогда, с одной стороны, мы хотим поддержки и жадно впитываем чужие суждения. Если нам удаётся извлечь из них пользу или напитаться хорошим отношением, мы надолго запоминаем это. Но, с другой стороны, боимся, что эту неуверенную часть добьют недоброжелательные люди, и быстро закрываемся в случае ощущения малейшей угрозы своему «я».

CG LAB: К каким установкам внутри себя следует стремиться, чтобы не впасть в отчаяние, когда долго не получается повысить свой профессиональный навык?

Светлана: Профессиональные навыки часто развиваются скачкообразно. Вы накапливаете внутри себя опыт наблюдений и размышлений. И в какой-то момент он прорастает. Видели ли вы, например, наброски начинающих, когда они впервые пришли рисовать человека? Они иногда неуверенные, затертые ластиком. Если судить по самому рисунку, да ещё и сравнить себя с соседями, можно испытать отчаяние. Однако в течение того времени пока вы делали этот рисунок, вы смотрели на модель, обдумывали анатомические узлы, совершенствовали свой глазомер. Так или иначе это знание пробьётся, накопившись. Не нужно его вытягивать из себя насильно к дедлайну, который вы сами себе поставили. Если уж вы чувствуете необходимость планировать — планируйте регулярность занятий, а не фиксированные результаты.

CG LAB: Как научиться не воспринимать близко к сердцу чужие слова?

Свелана: Люди, так или иначе, восприимчивы к чужим оценкам. Даже когда нам аккуратно говорят друзья: «Я сейчас скажу тебе одну вещь, можно?», всё равно наше сердце замирает. Если у вас был такой опыт, то, возможно, даже сейчас при чтении этих строк вы немного задержали дыхание. Нельзя научиться быть бесстрашным и бесстыдным вообще. Если вы стремитесь к этому идеалу, то вам придется потратить много сил на имитацию этих состояний, на попытки подавить и скрыть свои чувства перед собой же.
Но степень задетости чужими словами может быть проблемой для самого человека. Так, в ответ на некоторые замечания, мы можем поморщиться, но продолжаем жить дальше. А с некоторыми людьми мы вступаем во внутренний диалог, долго крутим эти слова в голове и ищем подходящие остроумные ответы. От этих поисков эмоциональное состояние становится только хуже.
В таком случае можно спросить себя: «В какое конкретно место меня задели слова моего собеседника»?

Приведём пример. Художник нарисовал атмосферный рисунок гор, которые ему снятся. Этим рисунком он стремился выразить себя. Но пришёл комментатор и стал говорить: «Вот тут проработайте кусочек, тут выделите передний план». Вроде бы, с добрым посылом. Автор работы пытается себя убедить в этом. Но, несмотря на это, чувствует, что задет. Задет он потому, что какие-то его потребности, связанные с этой ситуацией, не удовлетворены. Какие? Если что-то идёт не так, полезно задать себе вопрос: «А что я ждал больше всего, в глубине души»? Мы можем объявлять другим, что любая ваша активность в отношении моего рисунка будет полезна. Мы можем обманывать себя этой идеей, но всё равно мы по-разному реагируем на эту активность. Стало быть, что-то для себя ждём больше. Например, чтобы нас отразили — нам важно, чтобы комментатор пропустил наши горы через себя и поделился чувствами, которые у него возникли, пока он смотрел на рисунок. И, признаться честно, нам вовсе неважно, чтобы кто-то незнакомый занял позицию преподавателя в отношении нас и исправлял технические ошибки. И тогда имеем задетые чувства художника из-за того, что он не получил то, что хотел. Зато получил то, что не хотел. И теперь ему надо на одни реплики реагировать, когда хочется совсем других реплик в отношении себя. Обычно внимание человека сосредоточено вокруг его напряжённой потребности, и его трудно усилием воли перенаправить на что-то ещё. Но когда ясно сознаешь свои ожидания, то тогда чужие слова меньше задевают. Они просто становятся более или менее подходящими нам.

Читать еще:  Укус клеща: меры безопасности

Если собственные потребности, с которыми человек выкладывает работу в сеть, ему непонятны, то их можно прояснить как раз через свою реакцию на комментаторов. Что из сказанного ими сделало меня наиболее живым, включенным, наполнило вдохновением? Эти переживания являются признаком того, что я получил то, что мне нужно. Особенно интересно об этом подумать в случаях, когда собственная реакция на слова других удивляет самого себя. Задача по обнаружению своих потребностей в контакте с другим человеком творческая уже сама по себе.
Приведу ещё один вопрос, связанный с задетостью, который можно задать себе. Что именно в чужих словах меня задевает больше — суть высказывания или форма? Например, есть такие стандартные шутки, типа «бедная лошадка, кто ей ноги так сломал?» как реакция на рисунок животного. Если бы критик сделал более верный анатомический рисунок и сказал что-то типа «Посмотрите, пожалуйста, вот здесь сустав так устроен», был бы я так же задет? Возможно, я задет не столько замечанием, сколько неуважением?
Очень часто людей подводит идея, что любые слова надо уметь выслушать, выстоять и извлечь из них конструктив. Плохо становится не столько из-за факта чужого хамства, сколько из-за собственных постоянных попыток это хамство переквалифицировать во что-то доброе и хорошее. Например, «может, он просто любит меня по-особенному», или «это мне не хватает чувства юмора и легкости, чтобы отшутиться». Ещё раз повторюсь — мы не можем контролировать реакции других на себя, но мы можем постепенно прекратить те внутренние процессы, когда мы сами делаем себе плохо.
Также, если реакции на нас нехороши и неполезны нам, важно иметь рычаги управления беседой. Например, вовремя уходить с площадок с нездоровой атмосферой. Если вы находитесь на своей территории, предупреждать людей о том, что вы бы хотели общаться в другом тоне или на другую тему. И модерировать дискуссию, если собеседник слышит только себя.

Первая часть интервью подошла к концу. В следующий раз мы обсудим со специалистом вопрос критики немного глубже, побеседуем о проблеме принятия в семье и получим ещё больше полезной и нужной информации.

Присоединяйтесь к нам, учитесь новому и будьте здоровы, физически и психоэмоционально!
Интервью подготовила Наталия Иванова специально для Школы CG LAB.
Редактор Лина Сидорова.

Другие статьи по теме:

Стадик (англоязычное слово study) — тренировочный набросок, чаще всего рисующийся за небольшое время с целью обучения. Дословно это переводится как «изучение».

Глупые страхи. Почему мы боимся того, что нам не угрожает, но закрываем глаза на реальные опасности?

Согласно общемировой статистике, больше всего жизней уносят сердечно-сосудистые заболевания (в первом полугодии 2019 года доля таких смертей составляла 48%). В результате терактов погибает меньше десятой доли процента, а от зубов акулы — около десяти человек в год. Тем не менее мы боимся тротилла и челюстей гораздо сильнее, но ничего не делаем, чтобы избежать раннего инфаркта. Почему так происходит?

Страх — иррациональная эмоция. Он не основывается на сухой статистике и фактах, бессознателен и зависит от множества «а если». Нас пугают варианты развития событий, связанные с болью и страданиями, а также всё новое и непрогнозируемое — особенно то, о чём мы часто узнаём из СМИ или от знакомых. Однако результат, как правило, оказывается совершенно иным. К тому же ожидания зависят от наших собственных стандартов приемлемого риска (кто-то готов покорить Эверест, а кто-то стелет в ванной резиновый коврик в виде крокодила, чтобы не поскользнуться), полезности того или иного поступка (что мы получим, делая это?) и опыта.

Читайте также

В 1960-х годах ученые установили, что, оценивая опасность, мы остаемся в плену когнитивных искажений и потому получаем не вполне объективную картину. Если событие нам знакомо, нечто подобное часто происходит в нашей жизни, то риск может казаться пустяковым (например, об автоавариях едва ли не ежедневно слышит каждый из нас). И наоборот: в случае редких катаклизмов, таких как эпидемии, мы склонны сгущать краски.

Люди очень преувеличивают риск исключительных и пугающих происшествий: авиакатастроф, терактов, возможности уколоться иголкой в автобусном сиденье.

Исследователи выявили два фактора, влияющих на оценку опасности: страх (если речь идет о чём-то катастрофическом, неконтролируемом или «несправедливом») и неизвестность, когда мы не знаем, кому именно не повезет и что с ними (или с нами?!) случится. До сих пор высокие места в этом «рейтинге» занимают генно-модифицированные продукты и воздействие микроволновых лучей на пищу.

Наиболее распространенные страхи ученые нанесли на карту опасностей и выявили среди них социально приемлемые (бассейны и алкоголь) и наводящие ужас, потенциально смертельные (терроризм и оружие массового поражения). Несмотря на то, что вероятность утонуть или стать жертвой зеленого змея выше, чем шансы попасть под обстрел, именно последнего исхода мы тем не менее боимся больше.

А всё потому, что редкие, новые или плохо прогнозируемые угрозы пугают намного сильнее «привычных» и «домашних». Отвечает за это миндалевидное тело, структура височной доли мозга. Оно получает сенсорную информацию, анализирует ее и обнаруживает стимулы, связанные с опасностью. Оттуда сигнал передается в другие области мозга, в том числе в гипоталамус, который, в свою очередь, запускает специфическую защитную реакцию. Результатом ее может быть оцепенение, бегство или борьба. Кстати, «напуганное» миндалевидное тело способно нас запутать. Оно должно отправлять сигналы о страхе только после обработки информации об объектах, действительно представляющих угрозу. Но если сразу после леденящей кровь картинки человеку показать что-то нейтральное, но незнакомое (в исследовании использовали фото необычных цветов), то миндалевидное тело и его оценит как «страшное». И реакции, направленные на то, чтобы избежать нового риска, будут точно такими же, как и при наблюдении реальной опасности.

Может быть интересно

Но и это не всё. Люди, как социальные животные, обладают способностью распространять (и получать) страх напрямую от человека к человеку.

Мы очень восприимчивы к поведению ближайших членов группы. Почувствовав их страх или панику, мы невольно сами начинаем беспокоиться.

Вообще, для животных это полезная привычка, которая до сих пор помогает им спасаться. Травоядным достаточно увидеть (услышать или почувствовать), что один их состайник испугался и начал от кого-то убегать, чтобы тут же рвануть за ним. За это отвечает другая структура мозга — передняя поясная извилина. Когда мы видим, как другой человек боится, она возбуждается и передает сигнал напрямую в миндалевидное тело. А дальше всё происходит по уже описанному сценарию.

Читать еще:  Стойкая боль при нажатии над пупком в кишечнике

Понятно, почему такой «заразительный» страх развился у социальных животных: это предотвращает смерть всей группы, ведь если один ее член заметил опасность — все остальные спасены. Более того, сигналы тревоги неспецифичны, так что представители фауны могут понимать «предупреждения» особей другого вида.

К сожалению, для нас такая передача страха нередко заканчивается не очень хорошо. Животные перестают бежать, когда находятся на безопасном расстоянии от хищника, — а современных людей тревожные сигналы могут преследовать постоянно. Новости, поступающие в режиме реального времени, звонки с рассказами, даже вид человека в маске резко повышают уровень стресса, приводя к психологическим травмам, депрессиям и более серьезным последствиям.

После трагедии 11 сентября 2001 года оказалось, что симптомы посттравматического стрессового расстройства, связанные с теми событиями, проявляются не только у их непосредственных участников.

Отчасти это произошло под влиянием СМИ: по всем каналам информации сводки с места катастрофы передавали в прямом эфире, а уже после обрушения башен в течение многих недель журналисты предлагали новые и новые теории, строили прогнозы следующих нападений и занимались разбором последствий. Та же картина наблюдалась и после теракта на Бостонском марафоне.

Кроме тревожности, поток нескончаемых напоминаний может привести и к выгоранию. Вначале, когда мы слышим о чужих бедах или ограничениях, то сопереживаем, но с течением времени делать это становится всё сложнее — мы «устаем сострадать». Проявляется такое состояние по-разному: кто-то чувствует собственную беспомощность и никчемность, упадок сил, прекращает заботиться о себе и о других и начинает действовать по принципу «будь что будет». А кто-то, наоборот, становится гипервозбужденным, испытывает чрезмерный страх и пытается вызвать его у окружающих, кардинально меняет свою жизнь и критикует тех, кто остается невозмутим. На самом деле это две стороны одной медали: люди перестают критически мыслить и могут навредить не только себе, но и другим. Например, после крупных катастроф или во время эпидемий вначале резко повышается число доноров и пожертвований в фонды помощи, а затем оба этих показателя сходят на нет. Становится меньше волонтеров, а меры предосторожности кажутся излишними или же недостаточными — и в любом случае их перестают соблюдать.

Сострадать всегда было непросто, но прежде от такого «занятия» уставали в основном медики, спасатели, пожарные и социальные работники. Они ежедневно сталкивались с высоким уровнем стресса, мучениями и болью, а для обычных людей это оставалось за кадром. Сейчас же СМИ заботливо показывают закулисье всем и каждому, и усталость от сострадания становится широко распространенным явлением.

Поскольку страх бессознателен и иррационален, нельзя просто так взять и перестать бояться. К счастью, благодаря мышлению и разуму люди, в отличие от животных, могут обуздать и отчасти взять под контроль собственные пугающие мысли.

Первый совет очевиден: ограничьте количество новостей и источников информации . Оставьте только наиболее компетентные, которым вы готовы доверять. Без колебаний блокируйте рассылки с явно пугающими и недостоверными сведениями. Несомненно, важно быть в курсе рекомендованных мер безопасности и вовсе не обязательно лишать себя всей информации. Но пусть она поступает к вам дозированно — можно даже установить временные рамки, когда разрешено читать новости, а остальную часть дня спокойно заниматься своими делами. И не подливайте масла в огонь: если вдруг вам захотелось срочно чем-то поделиться, лучше дважды проверить, правдива ли эта информация.

Читайте также

Сосредоточьтесь на том, что вы можете контролировать . В случае глобальных потрясений обычно это только вы сами и ваша личная жизнь. Старайтесь не копировать бездумно действия других, соблюдайте необходимые меры предосторожности, которые подходят именно вам.

Если тревожные мысли не дают заснуть, а в голове постоянно прокручиваются многочисленные варианты событий, выпустите их наружу — запишите всё, что может произойти, включая самые худшие концовки . Не обязательно делать это за один раз, особенно когда негативных предположений накопилось слишком много. После того как гипотетические сценарии будут записаны, составьте четкий алгоритм действий на случай каждого из них. Планирование помогает упорядочить страхи и опасения. А затем отложите свои записи в сторону до тех пор, пока упомянутые в них события не наступят (то есть фактически навсегда).

Не забывайте общаться и делиться мыслями с теми, кому доверяете . В любой стрессовой ситуации важна поддержка, причем один разговор может сделать счастливее сразу двух человек. Постарайтесь оказывать другим физическую, материальную или психологическую помощь. Добрые дела позволяют понять, что вы не бесполезны и что-то значите в этом мире . Если всё рушится и кажется, что ничего хорошего не происходит, важно сохранять привычные ценности.

Ведите здоровый образ жизни , следите за тем, чтобы ваш рацион оставался полноценным, и придерживайтесь режима сна, не злоупотребляйте алкоголем и наркотиками, поскольку после недолгого эффекта расслабления вы можете почувствовать себя еще хуже. А вот физической активностью пренебрегать не стоит: во время упражнений в организме повышается уровень эндорфинов, и самочувствие улучшается. К тому же мозг не может концентрироваться на двух задачах сразу, так что тяжелые думы уступят место мыслям о конце тренировки.

Как научиться видеть яркие и живые образы с закрытыми глазами. Техника простой визуализации

Визуализация – это внутреннее зрение или искусство создания ментальных образов.

Простая визуализация – это образы, которые мы вызываем из своей памяти. Навыками простой визуализации, в той или иной степени, владеют все люди.

Упражнения для тренировки простой визуализации

Общая рекомендация для всех этих упражнений такова: работайте с тем, что вы любите, с тем, что вам нравится и приятно для вас.

1. Найдите фотографии привлекательных для вас людей: друзей, родственников, знакомых, актёров, моделей, музыкальных исполнителей и т.д. Выберите для упражнения не более трёх фотографий и работайте с ними следующим способом:

1) возьмите одну из фотографий и внимательно посмотрите на неё в течение 3-5 минут;

2) постарайтесь рассмотреть и запомнить каждую деталь изображения, даже самую мельчайшую: отбрасываемые тени или цвет глаз;

3) теперь закройте глаза и попытайтесь вызвать желаемый образ перед внутренним взором. Обратите внимание, не нарисовать его, а вызвать одномоментно, просто подумав об этом человеке или его фотографии;

4) сравните увиденный мысленный образ с оригиналом у вас в руках. Если образ нечёткий, ещё раз повторите рекомендации 1, 2 и 3 пунктов. Продолжайте до тех пор, пока не увидите в уме изображение, близкое к материальному оригиналу. Ключевые слова для выполнения этого упражнения: вспомнить чётко.

Повторите эти четыре пункта для каждой из трёх фотографий по очереди.

Рекомендую взять девять изображений и работать с ними три раза в неделю в течение месяца. Выбирайте рабочие фотографии в том порядке, в каком вам больше нравится. Вы обязательно достигните ощутимых результатов.

2. В этом упражнении вы будете работать со своим отражением в зеркале, когда вы особенно нравитесь себе и довольны собой. Подмечайте моменты, когда вы хорошо одеты, причёсаны и находитесь в хорошем и радостном настроении. Очаровательные дамы, запоминайте свой образ, когда вы особенно красиво и соблазнительно подрисовали глаза или великолепно выполнили весь свой макияж и причёску.

Запечатление в памяти этих образов поможет вам воссоздавать их снова и снова на радость себе и окружающим. К тому же, визуализируя их в те моменты своей жизни, когда не всё идёт гладко, вы сможете лучше понять и познать себя во всей своей красоте, гармонии и единстве.

Читать еще:  Дети страдают, когда родители ссорятся

Методика работы со своим отражением в зеркале такова:

1) внимательно посмотрите на себя в течение 3-5 минут;

2) как и в предыдущем упражнении, постарайтесь увидеть и зафиксировать в памяти каждую деталь изображения, даже самую мельчайшую: игру света и тени или счастливый блеск своих глаз;

3) теперь закройте глаза и попытайтесь вызвать свой образ перед внутренним взором.

4) сравните увиденный мысленный образ с отражением в зеркале. Если образ нечёткий, ещё раз повторите рекомендации 1, 2 и 3 пунктов. Продолжайте до тех пор, пока не увидите в уме чёткое и ясное собственное изображение.

Повторяйте эти четыре пункта всякий раз, когда вы особенно хорошо выглядите и нравитесь себе сильнее, чем обычно.

3. У каждого из нас есть предметы, вещи, которые особенно дороги нашему сердцу. Смотрите на них, восхищайтесь ими, радуйтесь и запоминайте их ясные образы. Заберите их в себя, в свою память, в свою внутреннюю Волшебную Сокровищницу. Тренируйте на них искусство визуализации, и эти вещи станут частью вас. Они навсегда поселятся в вашем духовном мире, и их образы будут радовать вас там и тогда, где вы этого пожелаете. Вы станете тем, кто претворяет в жизнь великий принцип: «Всё своё ношу с собой!»

Выберите для этого упражнения несколько предметов и работайте с ними следующим способом:

1) возьмите один из предметов и внимательно посмотрите на него в течение 3-5 минут;

2) постарайтесь заметить и забрать в хранилище памяти каждую деталь рассматриваемой вещи, даже самую мельчайшую: отбрасываемые тени, оттенки цветов или ощущения от прикосновений;

3) теперь закройте глаза и попытайтесь вызвать желаемый образ перед внутренним взором. Обратите внимание, не нарисовать его, а вызвать одномоментно, просто подумав об этом предмете;

4) сравните увиденный мысленный образ с оригиналом у вас в руках. Если образ нечёткий, еще раз повторите рекомендации 1, 2 и 3 пунктов. Продолжайте до тех пор, пока не увидите в уме изображение, близкое к материальному оригиналу. Ключевые слова для выполнения этого упражнения: вспомнить ясно и чётко.

Повторите эти четыре пункта для каждого предмета по очереди. Не работайте более чем с тремя предметами за один сеанс, это позволит добиться лучших результатов.

© Анна Боровикова, 2015

Не допускается воспроизведение статьи или какой-либо ее части без письменного разрешения автора. Если вы желаете разместить статью на своем ресурсе или процитировать какую-либо часть статьи, обратитесь, пожалуйста, за разрешением к автору ([email protected]). При этом ссылка на оригинальную статью является обязательной. Благодарю за понимание.

Закрыть глаза и увидеть пустоту: как живут афантасты — люди без воображения

Людей, неспособных представлять визуальные образы, называют афантастами или афантатстиками. Это особенность работы мозга, с которой человеку можно только смириться. Рассказываем, как живут люди без воображения.

Читайте «Хайтек» в

Что такое афантазия

Афантазия — это отсутствие в представлении сенсорных и зрительно наблюдаемых образов. Это не только врожденная особенность: человек может перестать представлять себе образы после тяжелых операций или в результате психических отклонений.

Ученые описали такую особенность работы мозга совсем недавно: находка такого феномена побудила их пересмотреть свои взгляды на явление, которое мы так часто принимаем как должное.

Ученые продолжают исследовать этот феномен, чтобы открыть новые возможности для развития своих способностей к визуализации, которые могут помочь укрепить память, повысить уровень эмпатии, а также создадут основу для разработки новых способов лечения зависимостей и тревожных состояний.

Как удалось обнаружить афантазию у человека

Впервые афантазия была диагностирована в 1880 году: британский ученый-энциклопедист Фрэнсис Гальтон опубликовал статью с результатами анкетирования 100 человек обоих полов. Ученый рассылал анкеты и просил, прежде чем отвечать, вспомнить, как они сидели за столом во время завтрака этим утром.

Во время этой работы он обнаружил человека, у которого внезапно пропали зрительная память и сны в виде картинок. Шарко отнес это на счет ментальной болезни.

Позже, во время более детального изучения феномена, американский нейробиолог Марта Фара описал нарушение ментального зрения, которое часто сопровождалось потерей способности распознавать лица.

В то же время некоторые ослепшие пациенты хорошо выполняли визуальные тесты: верно отвечали на вопросы о форме букв, цветах объектов, углах стрелок часов. Все это помогло ученым понять, как мозг обрабатывает и создает зрительную информацию.

Афантазия — это сбой работы мозга или просто его особенность?

До сих пор однозначно ответить на этот вопрос нельзя. Как заявил психиатр-нарколог, председатель Medizin 4.0 Михаил Теюшкин, афантазию нельзя назвать патологией — чаще всего это особенность развития. По рассказам людей, такая черта была у них с самого детства — просто раньше они не обращали на нее внимания. Это врожденная специфика восприятия.

Причин появления афантазии не существует, если речь идет о психически здоровом человеке. В некоторых случаях это признак шизотипического расстройства, однако сам по себе такой симптом не служит основанием для постановки психиатрического диагноза.

В июне 2020 года вышло исследование, в котором авторы утверждают, что афантазия связана не только с неспособностью визуализировать зрительные образы, но и с другими важными процессами мышления, такими как память. В ходе исследования были опрошены 667 человек, 267 из которых самостоятельно диагностировали у себя афантазию.

Добровольцам предложили пройти тест под названием Vividness of Visual Imagery, в котором нужно было оценить, насколько яркими по шкале от 1 до 5 были некоторые воспоминания. Один балл соответствовал уровню «не вижу образ/картинку, а только знаю, что помню это событие». Пять баллов участники выбирали, если видели воспоминание будто наяву, здесь и сейчас.

Люди с афантазией после теста сообщали, что не только не могли вообразить предложенные события, например, рассвет, но и плохо припоминали, когда в последний раз им удавалось наблюдать это событие. Также эти участники эксперимента отмечали у себя сниженную способность представлять будущее и мечтать. Таким образом, любая когнитивная функция, основанная на умении вызывать в памяти зрительные образы, у людей с афантазией может быть снижена.

Сколько в мире афантастов

По оценкам ученых, от одного до трех процентов человечества — афантасты. Причем некоторые — с рождения. Узнав об этом во взрослом возрасте, они искренне удивлялись, что может быть иначе.

А есть и их противоположности — люди со слишком ярким внутренним зрением, или гиперфантасты.

Признаки афантазии

Обычно афантасты не видят сны и с трудом вспоминают лица людей, также порой они имеют расстройства аутистического спектра. Однако данных недостаточно для обобщения.

Для того, чтобы понять, как работает мозг афантастов, Джоэль Парсон, ученый из австралийского Университета Нового Южного Уэльса, просил добровольцев представлять белый треугольник и следил за их зрачками. У обычных людей они сужались, у афантастов — не менялись.

Также он измерял электропроводность кожи, одновременно зачитывая страшные истории. И снова у группы контроля показатель повышался, у афантастов — нет.

Сообщества афантастов

В 2016 году один из создателей Firefox Блейк Росс написал в Facebook: «Я только что узнал кое-что о себе, и это взорвало мой мозг». Так он прокомментировал свою афантазию. Для общения таких людей даже была создана сеть The Aphantasia.

На форуме участники могут обсуждать разные плюсы своей особенности работы мозга, например, такому человеку не приходится вновь и вновь переживать перенесенную психологическую травму или хранить в памяти образы страшных или печальных моментов своей жизни.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector